"По праву крови. Продолжение"(Часть вторая). Автор: Алина Чинючина - Мои файлы - Каталог файлов - Памяти ИГОРЯ КРАСАВИНА
Главная
Регистрация
Вход
Среда
29.03.2017
18:05
Приветствую Вас Гость | RSS
Памяти ИГОРЯ КРАСАВИНА

Меню сайта

Форма входа

Категории раздела
Мои файлы [121]

Поиск

 Каталог файлов 
Главная » Файлы » Мои файлы

"По праву крови. Продолжение"(Часть вторая). Автор: Алина Чинючина
17.04.2013, 15:15

* * *

 Самое тяжелое занятие на свете – ждать. Ждать – и неважно, хорошего или плохого. А если и первое, и второе переплетаются, и не знаешь, что за чем последует, то жизнь вообще прекрасной покажется… сначала, а через минуту ты поймешь, что ошибся.

Ждать лорд Лестин умел, но не любил. Правда, за последний год он здорово этому научился.

Нельзя сказать, что старый лорд вел себя нетерпеливо или роптал на судьбу. Внешне невозмутимый, спокойный и уравновешенный, он мог дать фору любому царедворцу. Но разве это поможет? Можно спрятать, скрыть нетерпение в голосе или дрожание пальцев, но как скроешь стук сердца?

У лорда Лестина не было ни детей, ни семьи. Может быть, поэтому, думал старый воспитатель, он был так привязан к своему воспитаннику. Вернее, это сначала он думал, что поэтому. А потом просто понял, что будь у него сын, он любил бы воспитанника не меньше. Подчас он понимал короля Карла, который бешено орал на сына, но так же бешено гордился им. Он тоже гордился. Всегда. Каждую минуту. И ждал.

Вот и теперь оставалось – ждать…

Еще одна ночь – и все будет хорошо.

…Лестин ждал до утра, вздрагивая от каждого шороха, то и дело вскакивал, подходил к окну и, прячась за тяжелыми шторами, всматривался в черноту улицы. Ждал – сначала знакомых шагов, потом – топота солдатских сапог, потом уже вовсе неизвестно чего, но ждал – и только на рассвете забылся недолгим сном, свернувшись в три погибели в кресле, свесив голову на плечо и открыв рот во сне.

Утром лорд Лестин понял, что ожидание напрасно и Патрик не придет. И нужно ехать во дворец, потому что нужно… А потом обрадовался: ну, конечно же! Патрик встретился с Марчем, все хорошо, но было слишком поздно уже, и они остались в городе. И сейчас все разъяснится, нужно только увидеть Марча...

И утро было таким хорошим, прохладным по-осеннему и ясным, так рвалось с небес солнце, обещая светлый день, что лорд Лестин приободрился. Дорога до дворца даже не показалась ему такой длинной, как вчера. Улицы Леррена сияли, умытые предрассветным дождиком. Отпустив кучера и наказав ему вернуться ко дворцу к вечеру, Лестин крякнул и пригладил бороду. И чего волновался, старый дурак? Марч наверняка уже здесь…

Лорд Марч действительно был здесь – они столкнулись в коридоре, Марч шел с кипой каких-то бумаг, хромая и припадая на покалеченную когда-то ногу. И посмотрев на тщательно выбритое его лицо, на котором сквозь слой пудры все-таки проступала усталость, встретив измученный и растерянный взгляд, Лестин все понял. Они прошли друг мимо друга, только коротко поклонившись на ходу. Но в ту минуту, когда они встретились глазами, Марч едва заметно покачал головой.

Лестин кивнул сухо – и свернул к лестнице. Солнце померкло. Постоял у перил, морщась и потирая левую сторону груди – что-то стало побаливать сердце. И пошел тяжело по ступенькам вверх – в покои Его Величества короля Августа.

Малыш лежал в жару, полуприкрытый легкой простыней, откинув голову. Он уже несколько часов никого не узнавал. Бесшумно суетился у его постели лекарь, темно-малиновые шторы были задернуты, горели несколько свечей. Пахло воском, лекарствами и молоком. Большой плюшевый медведь сидел, одиноко растопырив лапы, в кресле в углу; на ковре у входа валялись бумажные голуби.

Запекшиеся, обметанные лихорадкой губы, прикрытые глаза, обведенные голубоватыми тенями, тонкая шейка вся в ярких пятнах сыпи… Его Величество король Август Первый Дюваль, малолетний правитель Лераны… мальчик шести лет от роду.

Когда Лестин, стараясь ступать по ковру неслышно, подошел к огромной кровати, от полога отделилась невысокая фигурка. И только по шороху платья и золотым волосам лорд Лестин узнал Изабель – так осунулось и похудело за эти дни ее лицо.

- Как он? – едва слышно спросил лорд.

- Плохо, - так же полушепотом отозвалась принцесса.

- Что говорят лекари?

Изабель молча покачала головой. И понимай как хочешь…

Старый лорд осторожно коснулся ее руки, успокаивая и утешая. Глаза принцессы были сухими, губы твердо сжаты – и только теперь Лестин увидел, как изменилась и повзрослела Изабель за это время. Одета она была очень аккуратно и строго, волосы стянуты в узел на затылке, поверх платья – передник сестры милосердия, но главное не в этом – по-взрослому усталыми и твердыми стали прежде веселые ее глаза. Горькая жалость и тяжелая ненависть толкнулись в его душе. Эх, девочка, девочка, да по силам ли тебе… тебе – и этому ребенку, ставшему игрушкой в руках жадных до власти взрослых.

- Как себя чувствуют их высочества? – так же негромко спросил лорд.

- Они сейчас в детской, - отозвалась Изабель, - с мадам Фивен. Занимаются рисованием. Мессир Тюльен опасался за их здоровье и распорядился удалить девочек подальше, но теперь, кажется, опасности нет. Их высочества чувствуют себя хорошо.

- А вы?

Девушка пожала плечами:

- Я болела скарлатиной в детстве и поэтому могу не бояться.

И прерывисто вздохнула. Видно было, что она очень устала, и Лестин решился предложить:

- Быть может, вам следует пойти отдохнуть, ваше высочество?

- Да, - кивнула принцесса, - скоро я уйду и вернусь только к ночи. – И добавила, помедлив, тихонько: - Я не хочу оставлять его на ночь одного…

Понятно, подумал старый лорд. Не «не хочу», а «боюсь» - вот что она хотела сказать.

Изабель быстро огляделась – и сделала знак лекарю выйти, тот послушно попятился за дверь. Принцесса коротко вздохнула, шагнула еще ближе, так близко, что лорд Лестин ощутил слабый запах ее духов и дыхания.

- Лорд Лестин… - она говорила едва слышно. – Есть ли вести от моего брата?

Бог весть, как сумел он сдержать изумленный вздох и не выдать себя. Откуда она узнала? Ведь не могла же она видеть их встречу на рассвете, а рассказать… некому ей было рассказывать…

Или – сердцем поняла?

Или – мелькнула мысль – провокация?

- Что вы, ваше высочество, - ответил он так же вполголоса. – Откуда – у меня? Вам бы следовало обратиться к лорду-регенту…

Изабель махнула рукой. Потом коротко усмехнулась:

- И вас запугали?

- Простите, ваше высочество, я не понимаю вас…

Все он понимал, конечно. И жалко ему было девочку, но… нельзя же, никак нельзя. Хотя бы еще несколько дней – пока не разъяснится, где же Патрик.

Темные глаза принцессы метнули гневные искры.

- Не ожидала от вас, - так же тихо, но твердо и зло отчеканила она. – От вас – трусости не ожидала! Даже лорд Марч…

Не договорив, она отвернулась. Поправила простыню на маленьком тельце и, не глядя, бросила:

- Уйдите, пожалуйста, лорд Лестин. Здесь нельзя… ему не нужны лишние.

Старый лорд грустно и понимающе усмехнулся. Все было сказано предельно ясно.

Тем же вечером лорд Лестин задержался во дворце. Вроде и ни за чем… то бумаги разронял и собирал долго и тщательно, то в коридоре его кто-нибудь да перехватывал… каждому по слову – полчаса долой. А потом он вдруг в библиотеку решил завернуть… куда-то из дома делся сборник афоризмов, а вот куда? Библиотекарь же лорда Лестина знал давно, тот пользовался неограниченным доверием, и искомый сборник был найден очень быстро и торжественно выдан – под честное, конечно же, обещание вернуть через неделю.

Потом Лестин еще какое-то время бродил между полок, склоняя голову к плечу и рассматривая корешки. За дальней полкой, прямо возле стены лорду встретился маленький, неброско одетый человек. Они обменялись парой слов, Лестин вытянул с полки сборник законов, изданный при Карле Первом, и спокойно пошел обратно.

Следующие два дня во дворце странным образом сочетались приглушенная, почти траурная тишина – и суматоха. Нет, работа Совета шла в обычном режиме, и маленький король, как и прежде, упоминался лишь в бумагах, где рядом с его именем стояла всегда роспись лорда-регента. Но шепот, но слухи, но сплетни за углом, за задернутыми шторами, за полуприкрытыми дверями! Но деньги, переходящие, позвякивая, из рук в руки! Но гаденькие ухмылки тех, кто уже мысленно делил новые кресла! Лорд Лестин с радостью уехал бы – если бы мог. Было нельзя.

Каждый вечер Лестин наведывался в библиотеку, жалуясь на мерзавца кота, решившего поточить зубы о книжные полки в его доме и испортившего половину ценных книг. Давно бы выкинул животину на улицу, да мышей ловит отменно. Неброско одетый человек ожидал его между полкой и стеной – и отрицательно качал головой:

- Пока ничего, ваша светлость. Как сквозь землю провалился…

- В мертвецких юноши такой внешности не обнаружено, - сказал он на второй день.

- Нет, ваша светлость, в городской тюрьме его тоже нет, - услышал лорд третьим вечером. - Но… вы же понимаете – есть еще и Башня. И если вы настаиваете…

- Настаиваю, - глухо уронил Лестин и вышел из-за полок, прижимая к себе первую попавшуюся книгу и морщась.

Три дня он словно случайно встречался в коридоре на ходу с лордом Марчем, и три дня оба отрицательно покачивали головой и отводили глаза. Нет? Нет, а у вас? И у меня тоже нет. Точно нет? Да куда ж точнее…

В груди – там, где должно быть сердце – застрял ледяной комок.

В понедельник утром, как обычно, в десять, Совет собрался в Малой Зале. Ждали только лорда-регента. Лорды разбились на группки, перешептываясь тихонько, и Марч – вроде бы случайно, на ходу - оказался рядом с Лестином.

- Что? – шепнул он, останавливаясь и отряхивая камзол от невидимой пыли.

- Ничего, - так же тихо ответил Лестин. – А у вас?

- Кое-что, - прошептал Марч. – После.

Лестин кивнул – и обернулся к лорду Седвику, введенному в Совет совсем недавно:

- Лорд Седвик, видели ли вы сегодня…

Договорить он не успел – высокие двери распахнулись, в комнату быстрым шагом вошел, почти влетел Гайцберг. Лорды вытянулись, приветствуя регента.

Усаживаясь за стол на обычное свое место – почти у самой двери, лорд Лестин подумал, что сегодня герцог выглядит на удивление хорошо: свежий, отдохнувший, и глаза горят довольным светом, а не мрачным, почти больным огнем, как все последние месяцы. Подумал еще: интересно, сам-то он со стороны на кого похож – на филина при дневном свете или на ощипанного петуха? И усмехнулся неожиданному сравнению.

Лорд-регент вытащил из принесенной с собой папки кипу бумаг, разложил их на столе.

- Итак, господа, сегодня на рассмотрении два вопроса, - начал он. – Но прежде – чтобы потом не забыть за текущими делами – хочу сказать, что с сегодняшнего дня комендантский час в столице отменяется. Усиленный военный патруль в провинциях пока оставим, но, думаю, это ненадолго. Надеюсь, что к середине осени страна вернется к нормальной жизни.

- Почему? – спросил кто-то из середины стола.

- Бежавший с каторги государственный преступник, бывший наследный принц Патрик Дюваль несколько дней назад был обнаружен, - спокойно ответил герцог. - При аресте он оказал сопротивление и был убит. Так что… - Гайцберг развел руками, - можно сказать, все кончено.

В комнате повисла тишина.

- А… виконт Дейк? – осторожно спросил чей-то голос.

- Дейк еще не найден, и именно поэтому мы пока не отменяем патрулирование. Но я думаю, это вопрос нескольких дней, недели от силы. И тогда, наконец, мы сможем вздохнуть спокойно.

Тишина. Муха пролетит – слышно.

- Милорд, - робко проговорил другой голос, - не стоит ли известить об этом королеву? Все-таки… сын.

- Вы правы, - подумав, кивнул герцог. – Сегодня же после Совета я принесу Ее Величеству свои соболезнования.

Еще пару секунд – тишина.

Потом лорды загудели, запереговаривались.

- Лорд Лестин, - позвал регент, и все снова стихли. – Я выражаю также и вам свое соболезнование - как наставнику его высочества. Я знаю, как вы были привязаны к принцу в свое время. Но… такова жизнь.

Очень спокойно и неторопливо Лестин поднялся и поклонился герцогу.

- Благодарю, милорд. Я действительно любил Патрика и мне искренне жаль, что он погиб. Но, как вы правильно изволили заметить, это жизнь. Мне жаль, что все случилось именно так.

Еще раз поклонился – и сел, спокойный, равнодушный, седой. Несколько секунд все глаза были устремлены на него.

- Ладно, господа, - заговорил, наконец, лорд-регент, - давайте продолжим.

Лестин позволил себе перевести взгляд с Гайцберга на лорда Марча. Тот только что чихнул и теперь невозмутимо рылся в карманах, ища носовой платок. Потом поднял голову. В глазах его Лестин прочел чистейшее, черное, не произносимое никакими словами отчаяние.

 

После окончания Совета лорд Лестин снова пошел в библиотеку. Нужно вернуть эту книгу, потому что мало ли как повернется дело. Какую книгу? Почему в библиотеку? Споткнувшись на ступеньках, старый лорд прошел еще несколько шагов и остановился. Куда это он попал? Коридор, ведущий к библиотеке, совсем в другой стороне; и только спустя несколько секунд Лестин понял: он идет в покои принцессы.

Почему-то ему нужно было увидеть ее… Уже дойдя до комнат Изабель, Лестин вдруг заметил, как здесь сегодня тихо и пустынно. Не смеются в уголке фрейлины, не слышно голосов маленьких принцесс. Уехала? Куда? Снова у Августа? Но куда в таком случае девались все остальные: слуги, камеристки, фрейлины?

Он растерянно прошелся взад-вперед по коридору и заметил, что дверь в малую гостиную приоткрыта. Лестин осторожно постучал; прошло полминуты, когда изнутри донесся слабый голос:

- Кто там?

- Ваше высочество, это Лестин. Могу я войти?… - Лестин заглянул, потом вошел и неслышно притворил дверь.

Принцесса сидела на диване, сложив руки на коленях, выпрямившись, глядя в никуда. На побледневшем лице ее застыло странное отрешенное выражение, пальцы сжимали ткань светло-бежевого платья, отороченного коричневыми воланами. Узел высокой прически развалился, и светлые пряди упали на плечи, но девушка словно не замечала этого.

- Простите меня, ваше высочество, не могли бы вы уделить мне несколько минут? Мне необходимо поговорить с вами.

- Позже, - коротко сказала Изабель, все так же не глядя на него. – Сейчас я занята. Прошу вас, уйдите, лорд Лестин.

Лестин пригляделся к ней. И понял: знает.

Глаза ее были сухими.

- Я хотел сообщить вам печальное известие, - осторожно начал он, - но теперь вижу, что вы уже….

- Я уже знаю, - спокойно ответила Изабель. – Мой брат погиб. Лорд-регент сообщил мне об этом сегодня. И был столь любезен, что даже принес мне соболезнования. Разумеется, частным образом, - прибавила она с короткой усмешкой, стискивая пальцы.

- Ваше высочество…

Изабель встала, неторопливо прошла взад-вперед по комнате. Фигура ее, закованная в панцирь корсета, была прямой и гордой.

- Не волнуйтесь за меня, Лестин, я в полном порядке, - спокойно и ровно сказала она.

На мгновение лорду показалось, что перед ним королева Вирджиния – таким холодом повеяло от девушки.

- Это все, что вы хотели сообщить? – спросила Изабель, равнодушно глядя на Лестина.

- Да, ваше высочество. Простите меня…

- В таком случае я вас больше не задерживаю.

Глаза ее – темно-карие, прежде теплые - теперь показались Лестину двумя кусками льда.

Категория: Мои файлы | Добавил: Krasav
Просмотров: 244 | Загрузок: 0 | Рейтинг: 1.0/1

Наш опрос
Нужен ли на сайте чат?
Всего ответов: 176

Друзья сайта
Записки журналистов памяти Никиты Михайловского Сайт, посвящённый фильму Л. Нечаева НЕ ПОКИДАЙ... Кино-Театр.РУ - сайт о российском кино и театре
Rambler's Top100 myfilms Хрустальные звездочки

Статистика

Онлайн всего: 1
Гостей: 1
Пользователей: 0

Copyright MyCorp © 2017